Прощай, мой любимый город Газа
Для тех, кому не все равно: возможно, это последнее письмо, которое я пишу из города Газа. Надвигается принудительная высылка, и мы понимаем, что на этот раз, возможно, больше не увидим свои дома. Студентка Сара Авад рассказала Al Jazeera о прощании с любимым городом.
«Моя Газа находится на грани полной оккупации. Мы ожидаем, что израиль объявит «приказ об эвакуации» в любой момент. Их план — заставить нас покинуть свои дома и переехать в палатки на юг сектора. Мы не знаем, что будет с теми, кто сопротивляется. Возможно, мы доживаем свои последние дни в Газе.
С начала войны мы слышали, что израиль хочет превратить наш город в зону поселения для своих жителей. Сначала мы не верили этому, считая подобные новости психологической войной. В конце концов, у нас уже были «приказы об эвакуации», и люди могли вернуться, пусть даже на руины своих домов.
13 октября 2023 года, вскоре после начала геноцида, израильская армия приказала всем жителям северной Газы двигаться на юг.
Мы не уехали. Отец отказался покидать дом, поэтому мы все остались. Мы прожили так несколько месяцев, испытывая невыносимую боль и страх. Мы видели, как разрушается наш район.
Затем израильская армия отрезала север от юга. С января по апрель 2024 года мы пережили самые удушающие дни войны. Мы голодали, иногда нам приходилось есть корм для животных.
В январе этого года людям разрешили вернуться на север. Это был трогательный момент, отражающий, насколько сильно мы, палестинцы, привязаны к своей земле.
Но на этот раз атмосфера иная. Чувствуется, что угроза постоянной оккупации, необратимой утраты вполне реальна.
«В рамках подготовки к перемещению гражданского населения из зоны боевых действий на юг… будет разрешен ввоз большого количества палаток и оборудования для укрытий [в Газу]», — написал в Facebook представитель израильской армии Авихай Адраи.
Жители Газы с тяжёлым сердцем читают эту новость.
Люди подавлены – эмоционально, физически, финансово; они не могут больше выносить страдания. С тех пор, как моя семья услышала это объявление, мы смотрим друг на друга с недоумением и страхом в глазах.
Когда я увидела в соцсетях фотографии палаток и брезента, въезжающих в город Газа, моё сердце разбилось на миллион осколков. Мысль о том, что моё будущее запихнут в тент, ужаснула. Мои мечты огромны; как я могу втиснуть их в палатку?
Я сказала отцу, что не хочу так жить. Слёзы катились по моим щекам. Он посмотрел на меня с беспомощностью в глазах и сказал: «У нас нет другого выбора, палатка становится нашей новой реальностью».
Мы не хотим уходить, но у нас нет выбора. Мы не думаем, что сможем снова выдержать беспощадные бомбардировки и обстрелы. Израильтяне, вероятно, начнут действовать еще жестче. Это будет уже не наказание, а полное уничтожение.
Чувствуя приближение конца своего города, люди проводят последние дни вместе. Они гуляют, фотографируются на фоне мест, связанных с детством, запечатлевая всё, что может быть стёрто из памяти.
Я пишу эти слова, сидя в общем рабочем пространстве, где множество студентов и журналистов пытаются бороться со страхом перед будущим. Они держатся за ритм будней, надеясь на хоть какую-то нормальную жизнь посреди ужасающего хаоса.
Жители Газы любят жизнь, даже когда она сводится к самому минимуму. Даже в самые тяжёлые моменты мы всегда находим способ обрести надежду, радость и счастье.
Я хочу иметь надежду, но я также боюсь – не только бомб, принудительного переселения, палаток и изгнания. Я боюсь оказаться отрезанной от мира, замолчать.
У меня такое чувство, что израиль готовит для нас на юге концлагерь, где наши голоса заглушат, наше существование будет стерто.
Я не знаю, как долго мои слова будут доходить до внешнего мира…
Но прошу вас, не забывайте меня, Сару Авад, палестинскую студентку, чья самая большая мечта — получить диплом по английской литературе и стать журналистом.
Не забывайте жителей Газы, два миллиона историй любви, скорби и стойкости.
Не забывайте мой город Газа – древний мегаполис, полный истории и культуры, полный любви. Не забывайте, как яростно мы сопротивлялись и держались за свою землю, даже когда мир практически покинул нас”.
