Вера для Ангела
Их история достойна стать сюжетом фильма или книги.
Ибрагим — детский хирург из Турции — приехал в Газу лечить детей во время войны. Он стал ангелом, подарив жизнь сотням малышам (мы рассказывали историю докторе в апреле).
Но спасая других, Ибрагим спас и собственное сердце. В анклаве доктор встретил будущую жену Иман, свою Веру – именно так с арабского переводится это имя.
Их роман развивался с кинематографической скоростью, которую Газе диктует война.
На то, чтобы влюбиться, пережить первое свидание, пожениться и обрести новый дом у Ибрагима и Иман ушло… 10 дней.
Оккупация в Газе убивает людей и рушит семьи. Но ей никогда не уничтожить жизнелюбие палестинцев: среди обломков надежд здесь по-прежнему рождаются чувства и браки.
В эксклюзивном материале рассказываем историю любви Иман Уйгун.
Жизнь во имя семьи и пациентов
Я родилась в Газе, в районе Аль-Зейтун, где у моей семьи был большой дом. Отец умер, когда я была маленькой: всю жизнь я прожила с мамой, сестрами, братьями, их женами, детьми — всего примерно 19 человек. Нашего дома больше нет: его разрушили оккупанты во время своего варварского вторжения.
После школы я закончила вуз, получила степень бакалавра социологии и диплом в области гуманитарных наук. Но в 2008-2009 гг в Газе шла жестокая война, было очень много раненых, всем им мне хотелось помочь. В 2012 году я окончила колледж и с тех пор работала хирургической медсестрой.
В «Аль-Шифе» я вживую увидела Накбу
7 октября 2023 года я встретила в госпитале «Аль-Шифа». Помню коридоры, заполненные тысячами беженцев. На семью отводилось всего 2 кв.м, было очень тесно.
Это был первый раз, когда я вживую увидела истинную Накбу палестинского народа.
Я работала в маленьком отделении, оказывала первую помощь раненым, ухаживала за ними. Большинство из них стали мучениками. Я глубоко переживала за каждого, ведь они умирали от того, что их нечем было лечить.
Каждый день был страшнее предыдущего
После штурма оккупанты выгнали нас из «Аль-Шифы». Я пошла добровольцем в Баптистскую больницу, где очень не хватало врачей.
Каждый день был страшнее предыдущего, ведь я видела ранения, ожоги и ампутации. Особенно тяжело было смотреть на пострадавших детей и молодых девушек.
В моей голове хранятся тысячи таких историй. Помню свою родственницу, у которой оккупанты убили детей и мужа. Она сама была беременна, но потеряла ребенка, ей ампутировали ноги. Когда родственница отошла от наркоза, то стала спрашивать у меня про детей…
Это был очень страшно, я не знала, как рассказать правду.
Из еды – только вода…
Каждый день в больнице мы боролись с голодом. Мы, медсестры, пекли хлеб из комбикорма. Иногда у нас было немного макарон и риса, бобов, которые мы готовили без специй и мяса. Но самыми сложными были дни осады. Тогда из еды у нас оставалась только вода.
Ангел спасения детей Газы
В больнице я познакомилась с Ибрагимом Уйгуном – детским хирургом, который приехал в Газу из Турции. Он появился в трудное время, когда большинство педиатров были на юге анклава, а на севере очень не хватало врачей. Он пришел как ангел, чтобы спасти детей Газы. Я часто ассистировала Ибрагиму во время операций. Очень уважала его, любила с ним разговаривать. Но не думала, что мы когда-нибудь поженимся.
Выйти замуж… за 10 дней
Все события развернулись в последние 10 дней работы Ибрагима в Газе.
Он взял мой номер у коллеги и предложил встретиться. Мы вышли на пляж – единственное оставшееся романтическое место анклава, где Ибрагим сделал мне предложение. После мы встретились с моей семьей. Были некоторые препятствия со стороны близких, ведь Ибрагим – не палестинец, говорит на другом языке. Но самое главное, что я собиралась вместе с ним покинуть Газу.
Потерять мужа
Заявление о регистрации брака мы подали в Баптистской больнице. Там же устроили вечеринку для мужчин и праздник для девушек.
Коллеги удивили меня пышными букетами, турецкими и палестинскими песнями. Среди грусти и боли мы любим жизнь и радость.
Все это время Ибрагим пытался сделать мои документы для выезда за границу… Ибрагим писал в Посольство Турции и Реджепу Эрдогану, с просьбой помочь с оформлением моего паспорта и визы. Но внезапно поступил приказ об эвакуации медработников-добровольцев. Ибрагим должен был покинуть Газу один.
Без вещей, но с любовью
Я была очень расстроена от того, что нам придется расстаться. Однако в день отъезда Ибрагима мне позвонили из посольства Турции, разрешив покинуть Газу вместе с мужем.
Уехать из анклава было очень сложно. Во-первых, я палестинка, во-вторых, мой паспорт был просрочен. Я взяла с собой чемодан с одеждой, фотографиями и документами, но оккупанты ничего не разрешили взять с собой.
Так, без вещей, взявшись за руки, мы оказались в Иордании. Там мне продлили паспорт, дали визу, и я отправилась с любимым в Турцию.
Мы вернемся в Газу, чтобы спасать детей
Кютахья, где мы живем, напоминает мне Газу до войны. Я не ощущаю себя тут чужой, но испытываю целую гамму чувств, от радости и грусти до страха за мою семью в анклаве.
Я молю Бога, чтобы в Секторе был достигнут мир, чтобы мы жили в безопасности.
Если Бог даст, мы с Ибрагимом вернемся в анклав. Мы планируем войти в состав медицинской делегации, чтобы продолжить нашу миссию – спасать детей и раненых в Газе.
