Как семья из Газы была разорвана на части снайперами ЦАХАЛа

Пятимесячное расследование нескольких СМИ, включая The Gardian, помогло найти убийц четырех мужчин из семьи Догмош и определить закономерность нападений израильских снайперов на безоружных жителей Газы.

Публикуем в сокращении материал The Gardian.

 «Это было мое первое устранение, — говорит снайпер Дэниел Рааб, рассматривая видеозапись с дрона. На кадрах 19-тилетний Салем Догмош падает рядом с уже убитым Мухаммедом. Мальчик всего лишь хотел забрать тело брата, но пуля попала ему точно в голову. Рааб не проявляет никаких эмоций. «Мне трудно понять, почему он [это сделал], да и меня это не особо интересует, — говорит он в интервью. – В смысле, что такого важного было в этом трупе?»

Частная история общей трагедии

Рассказ снайпера в Интернет выложили спустя пять месяцев после расправы над мужчинами из семьи Догмош. Рааб на условиях анонимности рассказал о своей «командировке» в Газу сослуживцу, так видео попало в соцсети.

В результате благодаря интервью со свидетелями, изучению медкарт и геолокации изображений журналисты смогли установить личности убийц четырех членов семьи Догмош. Ими оказались Дэниель Рааб из Нейпервилла (США) и Даниэль Грец из Мюнхена (Германия) – снайперы израильской группировки «Рефаим» («призрак»).

Смерть четырех мужчин – страшная трагедия одной семьи. Но она проливает свет на характер убийств оккупантами безоружных палестинцев в возрасте от 18 до 40 лет в Газе. «Они считали: „О, я не думаю, что меня подстрелят, потому что я в гражданской одежде, без оружия и все такое“, но они ошибались, – говорит Рааб. – Для этого и существуют снайперы».

«Обречены на смерть»

Кровавая бойня произошла 22 ноября 2022 года на улице Монир аль-Райес в районе Тель аль-Хава города Газы. В тот день не было активных боевых действий – звук рубки дров на улице внушал чувство безопасности. Ложное чувство безопасности.

Когда 26-летний Мохаммед Догмош отправился в парк с двоюродным братом, Рааб и Грец уже находились на позиции. Снайперы работали из окна и проема в стене шестиэтажного здания, в 400 метрах от места трагедии. Позднее журналисты обнаружат здесь доказательства присутствия убийц: граффити с «рогатой» девяткой и хвостом дьявола – неофициального логотипа «Рефаима».

На момент гибели Мохаммеду было 26 лет, он содержал семью, собирая металлолом и пластик для перепродажи. Его последние мгновения жизни и смерть были засняты оккупационными военными. Рааб описывает это видео как «второе устранение» Греца в Тель аль-Хаве.

У Мохаммеда не было оружия. Его убили просто потому, что он оказался не в том месте.

Израильские силы, действовавшие в Тель аль-Хаве в ноябре 2023 года, решили, что участок улицы Монир аль-Райес закрыт для гражданского населения, не уведомив об этом жителей. Но здесь любой палестинский мужчина призывного возраста был «обречен на смерть».

Цахаловцы заявили, что создание невидимого «периметра безопасности», и уничтожение мирных жителей, которые его пересекают, стало обычной практикой в Газе.

На вопрос о том, как отряд принимает решение стрелять, Рааб ответил: «Вопрос расстояния. Есть линия, которую мы определяем. Они не знают, где эта линия, а мы знаем».

Любовь как повод для убийства

Когда Мохаммед упал, Юсеф побежал к родным, чтобы сообщить о трагедии. Первым к погибшему бросился 19-летний Салем, чтобы забрать тело любимого брата. Рааб выстрелил мальчику прямо в голову.

Следующей жертвой снайпера стал Монтассер, отец Салема и Мохаммеда. «Мои мальчики», — только и смог сказать мужчина. Он попытался подойти к сыновьям, но был застрелен.

Потребность в достойных похоронах близких — основополагающий человеческий инстинкт. Она лежит в основе эмоционального звучания «Илиады» Гомера, одного из древнейших литературных произведений человечества.

Но Рааб воспринял любовь и горе как повод для убийства. «Они просто продолжали приходить и пытаться забрать эти тела», — говорит он.

Затем снайперы взяли на прицел двоюродного брата, Халиля, который бросился на помощь Монтассеру. «Я пронес его около восьми-десяти шагов, когда в меня выстрелили. Было такое чувство, будто мне оторвало руку», — Халилю удалось отойти на некоторое расстояние, прежде чем он потерял сознание.

Мужчин доставили в больницу, но Монтассер скончался на следующий день. Семья решила, что больше не может рисковать, оставив тела братьев на улице до вступления в силу перемирия 24 ноября.

«Каждый, кто подходил близко, получал пули», — сказал Халиль. Он до сих пор не оправился от ранения в область под мышки. «Если я немного пройду, то устаю. Если работаю, то устаю».

Видеозаписи стрельбы по Халилю нет, но Рааб рассказывает, как кто-то из его отряда попал в палестинца рядом с телами, нанеся тяжелую травму. «Ему буквально оторвало руку, и мы думали, что он не выживет», — сказал он.

Мохаммед, Салем и Монтассер были не единственными членами их большой семьи, застреленными возле в тот день. Их родственник Мохаммед Фарид был также убит 22 ноября на улице Монир аль-Райес, его кузен Джамаль ранен.

По словам Рааба, за время командировки в Газу его «команда» убила 105 человек. «Это действительно впечатляет», — говорит он о цифрах.

Подтверждения геноцида

Все эти нападения сионистов соответствуют схеме, описанной бывшим израильским резервистом. По его словам, снайперы в Газе неоднократно стреляли в безоружных палестинцев, пытавшихся собрать тела. «Если одного объявили врагом до того, как расстреляли, то предполагается, что все, кто идет за ним, являются его сообщниками».

Все эти массовые убийства – один из факторов, подтверждающий геноцид в Газе.

Израильские военные не ответили на конкретные вопросы о резне в семье Догмош или правилах ведения боев. Представитель ЦАХАЛ лишь заявил, что они действовали «в строгом соответствии с… нормами международного права, принимая все возможные меры предосторожности для минимизации ущерба гражданскому населению».

Но международное право никогда не поддерживает убийства безоружных людей. «Имеющиеся доказательства указывают на военное преступление», — заявил профессор международного права Стэнфордского университета Том Данненбаум.

…Сейчас, спустя почти два года после трагедии, Файза Догмош, мать погибших Мохаммеда и Салема, больше надеется на божественный, нежели на человеческий суд. О Раабе она говорит: «Даже если я прощу его, Бог не простит».