Русские в Бейруте: мы никогда не покинем Ливан!
Более 2 тысяч убитых, свыше 6500 раненых и 1,3 млн беженцев – то, что происходит сейчас в Ливане, страна переживает впервые. Благодаря кровожадному соседу, здесь привыкли к бомбардировкам. Но еще никогда израиль не убивал с такой жестокостью. Фонд «Солидарность» поговорил с Еленой, нашей соотечественницей из Бейрута, и выяснил, что происходит в стране на данный момент.
«То, что мы видим сейчас, гораздо безжалостнее, чем все предыдущие войны, – говорит она, – израиль бьет очень жестко, не дает людям шанса выжить. Если раньше целились по квартире, то теперь уничтожают сразу весь дом. И неважно, сколько человек находится внутри».
Елена (имя изменено по просьбе героини – прим. ред.) живет в Бейруте более 30 лет. Она занимается проектами, «направленными на популяризацию культуры России», организует поездки детей в «Артек», а в свободное время собирает архивы русских эмигрантов 1920-х годов. Ее жизнь тесно связана с родиной. Но своим домом Елена давно считает Бейрут.
«Знаете, Ливан – это такой сгусток энергии, – говорит она, – здесь много религий, много народностей, все вместе. Только нас постоянно раскачивают. Видите, я говорю «нас», имея в виду ливанцев».
Под «раскачиванием» Елена подразумевает нападения израиля. С каждым годом они становятся все беспощаднее и циничнее. «У нас сейчас нормальная военная обстановка, – вздыхает Елена. – Нам обещали 48 часов внеплановых бомбежек, повыгоняли всех из домов. Люди боятся, все в стрессе. Это тоже вид экзекуции, такой опыт над нами».
В минувшую кровавую среду, когда израиль за 10 минут нанес сто ракетных ударов по Ливану, она не пострадала по счастливой случайности. Елена не доехала буквально пару километров до района, который разбомбили оккупанты. «Мы слышали взрывы, – продолжает Лена, – один, второй, третий… Но нас не задело».
В тот день вместе с Русским домом она готовила обеды для беженцев в школах Бейрута. В эту войну, как и в прошлые, организация помогает пострадавшим вне зависимости от нации и вероисповедания. «Мы не занимаемся политикой, только культурой и поддержкой, – поясняет Елена. – Сейчас собираем помощь: люди приносят нам одежду, игрушки и еду, которые мы раздаем беженцам».
Русский дом также проводит занятия с детьми беженцев. «Люди благодарны, когда видят, что малыши рядом с нами начинают улыбаться, – говорит она. – Дети очень тяжело переживают эту войну. Они заторможены, не реагируют на происходящее. Ты играешь с ребенком, бросаешь ему мячик, а он даже не стремится его поймать».
В ПВР Бейрута находится около 16 русскоговорящих семей – остальные снимают квартиры или живут у друзей. Ведь многие русскоговорящие ливанцы жили на юге, который сейчас безжалостно бомбит израиль. Именно там работали врачи, получившие образование в РФ и в странах СНГ. Многие вернулись с учебы на родину вместе с русскоговорящими женами и детьми. «Война в 2024 году для юга Ливана тоже была сложной, – рассказывает Елена, – но тогда доктора до последнего оставались в больницах, помогали раненым. Сейчас израиль не дает такого шанса. Неважно, кто ты, – профессор, врач, ученый, – все вынуждены бежать. Люди потеряли дома, имущество. Кто-то убегал просто с сумочкой – дай Бог успели схватить документы».
Знакомые Елены из Тира вынуждены были приехать в Бейрут. Они сняли квартиру в столице, однако продержались всего неделю. Когда город стали бомбить, у детей началась истерика. Семья была вынуждена бежать дальше, на север, в горы.
Но несмотря на бомбардировки и угрозу для жизни, русские остаются в Ливане. «Это земля, которая меня приняла, – говорит Елена. – Я никогда не думала о том, чтобы уехать. Я уже больше ливанка, чем сами местные».
