Вернуть жизнь
В Газу пришел мир. Но страх возвращения израиля преследует людей на каждом шагу – газета The Gardian публикует мнение писательницы Сондос Сабры, которая пытается заново строить жизнь.
Война закончилась, мне пора вернуться к кофе, хлебу и поэзии. Но я не знаю, что значит вернуться к жизни, после того, как смерть прожгла нас до мозга костей. Она заучила наши имена наизусть, повторяя их одно за другим. Мы тоже привыкли к ней, похороны стали ежедневным ритуалом, подобно прогнозу погоды. Каждый день лился дождь из смертей, и наши дома разлетались, как сухие листья на осеннем ветру.
Война окончилась, но началась другая война. Сражения происходят не только на улицах, но в каждом шаге по руинам, в каждой попытке вернуть то, что осталось от нашего повседневного духа.
Первой главой этой новой войны стало ожидание дорог, ведущих к останкам домов или к грудам камней. Разрушения простирались до самого горизонта, и пути вели к тому, что осталось от нас самих.
Теперь, если израиль позволит нам жить, смерть наполнит существование смыслом. Мы должны починить наши словари, вернуть утренние ритуалы и тарелки на столы, а дорогу в школу – к безопасности.
Салам, внучка моего дяди, впервые открывает для себя еду. Она ощущает её цвет и исследует вкус. Девочка выросла на одной чечевице, но теперь, после прекращения огня, мы находим для нее фрукты и овощи на рынках Газы. Когда мы дали ей банан, Салам не знала, что с ним делать. Она попыталась съесть его с кожурой. Затем она попробовала яблоко, и в её гастрономическом словаре стали появляться новые слова. Словно каждый кусочек еды открывал ей иной мир.
В район Сабра, где я живу, постепенно возвращаются соседи, разбивая палатки на месте бывших домов. Улицы заполнены тоннами военных артефактов: неразорвавшимися гранатами, полусгоревшими дымовыми шашками, взрывчаткой, миномётными снарядами, авиабомбами и химическими остатками боеприпасов. За последние два дня десятки детей получили ранения, играя с этими опасностями или натыкаясь на них.
Люди возвращаются медленно и осторожно, но не все. Никто не верит, что уничтожение прекратилось. Место окутано отрицанием, словно память больше не может вместить всю эту боль.
Людям нужна жизнь, и ничего больше. Газа, после всего, что она пережила – боли, предательства, пренебрежения – заслуживает настоящего шанса на жизнь, а не хрупкого перемирия.
В моем районе множатся вооружённые группировки, возникшие во время войны. Это не рождение нового порядка, а вакуум, наполненный страхом и хаосом. Местные банды появляются из тени, вооружённые и лишённые моральных ограничений, и многие считают, что они – инструменты давления израиля. Их цель – не только контроль, но и разрушение социальной структуры Газы после того, как здания были разрушены, жители остаются в состоянии страха и неопределённости.
Уничтожение может закончиться. Но оккупация, как и до 7 октября 2023 года, продолжается. Блокада сохраняется, поселения расширяются, и ежедневные притеснения продолжаются.
А мы возвращаемся к нашим ежедневным потерям в новостях, но более тихим.
Как сказал поэт Махмуд Дарвиш: «Наши потери: от двух до восьми мучеников каждый день, 10 раненых, 20 домов, 50 оливковых деревьев, не говоря уже о структурных повреждениях, которые поражают поэму, пьесу и незаконченную картину».
